Культура

“Он круглый, как солнышко...”

Июнь  9, 2012 1568

“Он круглый, как солнышко...”

6 июня, в день рождения Пушкина, страна отметила День русского языка. С предложением ввести такой день в календарь памятных дат в 2007 году выступил журналист Иван Клименко. Идею в 2011 году поддержала ООН, а в 2011-м и у нас 6-е июня указом президента был объявлен как Пушкинский день России.

На государственном уровне в этом году про русский язык в вихре бурной политической жизни (в этот день Госдума до полуночи принимала закон о митингах) никто не вспоминал. А зря. Именно язык, считается, в первую очередь объединяет нацию. Всё остальное — потом.

Почему Пушкин?

Почему День русского языка (по версии ООН) и Пушкинский день России (по нашей) отмечают в день рождения Пушкина, понятно. Это не просто дань уважения великому поэту, а реалии — мы говорим на пушкинском языке. Это — эталон, то, к чему мы должны стремиться.

До Пушкина было правило: высокий слог — для литературы, им писали оды в честь императрицы и т. д., “низкий” — для простолюдинов, для быта. Александр Сергеевич все свои шедевры написал столь “простыми” словами, что, кажется, после него повторить это не удалось никому.

“Я помню чудное мгновенье: передо мной явилась ты...” Почти все, кого мы попросили назвать первые пришедшие на ум строчки при слове Пушкин, продекламировали именно это. А, казалось бы, чего особенного? Одно существительное, два самых простых глагола да три местоимения, разве что “чудное мгновенье”... А помнят — все.

“Мой дядя самых честных правил...”, “Мороз и солнце! День чудесный!..” — и все помнят. А писать так не умеют даже единицы. Может, поэтому простой слог в литературе сегодня считается едва ли не дурным тоном. Во всяком случае, это не модно, не современно, “не талантливо”, в конце концов, “не круто”.

Так живой или не очень?

Фразу о том, что русский язык живой, учат в школе. Но ученики по большей части ее не понимают (вот я фразу помню, а чтобы меня в этом убедили, как это делают на уроках математики или физики, нет), а филологи по большей части, видимо, ей не верят. Возможно, в своё время не убедили и их. Иначе как объяснить, что именно филологи часто так яростно выступают и против ненавистного “новояза”, и против попыток упростить правила русского языка (обычно они кричат, что ни за что не смирятся со словом “заец”). И даже против простого употребления не канонического литературного русского языка, а его более разговорного варианта.

А вот что на этот счёт думал Александр Сергеевич: “Простонародное наречие необходимо должно было отделиться от книжного; но впоследствии они сблизились, и такова стихия, данная нам для сообщения наших мыслей”.

Стихия в русском языке как бушевала, так и бушует. На этой неделе один из телеканалов показал неплохой фильм — “Кружовник”. Вернее, фильм обыкновенный, но одна из сцен там поистине замечательна.

На террасе, за столом, сидит генерал, пьёт чай. Рядом суетится жена — малообразованная деревенская молодая женщина. Неравный брак: он, можно сказать, “аристократ”, она — простушка, но молоденькая. И вот он её все жизни учит и учит: то не так, сё не эдак. А она: простите да извините, мы, мол, люди маленькие, необразованные, кружовник любим.

— Не кружовник, а крыжовник, — раздражается генерал.

И вот тут нашла коса на камень.

— Нет, — твердо заявляет молодая жена. — Кружовник.

— Крыжовник, — злится генерал.

И встречает сокрушительный отпор:

— Кружовник, — почти кричит взбунтовавшаяся суженая. — Потому что он круглый. И в кружку так и отлетает. Круглый, как солнышко, и в кружку летит!..

И видно, что свои позиции она не сдаст, потому что в слове, которое всю свою жизнь произносила так, как её научили, видит смысл: круглый, кружка — однокоренное (по её мнению) со словом кружовник, которое от этих слов (по её мнению) и произошло.

А генеральское “кры” — откуда оно? И какой в нём смысл?

Это кино. А вот сцена из жизни.

Маленькая Катя играет во дворе, мама сидит на лавочке с подругой.

— Хочу грыжовник, — подбегает девочка к маме, получает ягоду и уходит в песочницу.

Катя всё лето у бабушки в деревне, разговаривает немного по-деревенски.

— Пора забирать, — советует подруга. — У ребенка формируется неправильная речь. Пойдёт в садик, ребята засмеют, услышав про грыжовник.

— А как надо? Разве не так, — искренне удивляется мама с высшим образованием.

Да у нас, может, полрайона в детстве “грыжовник” ели! Плохо это или хорошо, надо ли этого стесняться, как бороться за чистоту речи, если так было всегда, — “вот в чём вопрос”. И ещё: чем вчерашние кружовник и грыжовник лучше современных чё, ИМХО и афтара из Интернета?

И раньше говорили как было удобно, и теперь. И прежде это было просторечье, и сегодня то же самое. Если язык живой — вот прямое тому подтвержение.

Тогда почему столь яростно хранители чистоты языка нападают на тех, кто делает ошибки? Три четверти страны говорит “звонит”, другая четверть (или десятая часть?) морщится при этом. Насколько это страшно?

К счастью, есть учителя по русскому языку и литературе, кто не боится наших словечек. Мы задали провокационный вопрос Лидии Петровне Липасти, учителю гимназии им. Ольбинского.

— Вас раздражает, когда человек говорит “звонит” вместо “звонит”? Вы считаете, что это ужасно или не очень?

Она рассмеялась — оказалось, что нет. Потому что на самом деле человеку сложно объяснить правило, в соответствии с которым надо это слово произносить с ударением на втором слоге. Вернее, объяснить, конечно, можно. Но надо, чтобы человек это не только понял, но и принял.

Как стать образованным?

Но всё-таки, как если не переучить всю страну, то хотя бы научить молодых говорить это слово правильно? Чтобы их потом не считали необразованными? Чтобы, повзрослев, они не стеснялись своей речи? Чтобы, в конце концов, сохранить правильный русский язык? Чтобы мы меньше слышали всех этих “как бы”, “вау” и “согласно закона”?

А ещё: на каком разумном этапе должны “остановиться” правила русского языка “для всех”, чтобы человек не считал себя необразованным? Ведь если почитать справочники-учебники, едва ли не под каждым правилом — в несколько раз большие по объёму исключения, примечания и т. д. Ни один нормальный человек не будет постоянно помнить все эти многочисленные тонкости! Эти бесконечные фразы типа “если слово в таком-то смысле употребляется или подразумевается, то частица “не” пишется вместе, а если в ином — то отдельно”, “если в таком-то смысле или при инверсии, выделяется запятыми, а если в другом — запятые не ставятся...”. Какой нормальный человек это поймет и, главное, запомнит? Да и зачем это нужно? Может, пора разумно отнестись ко всем этим “если”, “в случае” и систематизировать правила? Раз он, русский язык, живой, то пусть развивается...

С такими наболевшими вопросами мы обратились к Лидии Петровне, на чьё мнение, думаем, и могут ориентироваться родители. Не скроем, очень импонирует, что мы получили не расплывчатый, а предельно чёткий ответ.

Образованный человек должен знать русский язык примерно на уровне основного содержания правил по “Справочнику русского языка” под редакцией Д. Э. Розенталя, а всё, что имеется в примечаниях и исключениях, можно оставить для тех, кто изучает русский язык углублённо. “Сегодня иногда разговорная форма речи даже превалирует, — говорит Лидия Петровна. — И это правильно, что-то со временем обязательно изменится. Но в то же время ронять уровень культуры — это тоже плохо по отношению к русскому языку. Надо пересмотреть образовательную политику и в школах выделять больше часов на русский язык, в младших классах на обучение правильной речи. Ведь дети говорят так, как слышат, как говорят родители”.

Вот такой он, наш великий и могучий, не терпящий вольного с собой обращения и в то же время, говорят, живой...

Галина СЕРОВА

Газета "Вперед"



Нравится: 0 / Не нравится: 0