Общество

Гибель флагмана

Ноябрь  4, 2010 1358

Гибель флагманаПрочтя рукопись, принесенную в редакцию "Ярмарки" для публикации нашим читателем и автором Борисом Федоровичем ГАЙДЕНКО, я спросил своих коллег, слышали ли они когда-нибудь о гибели линкора "Новороссийск". Немногие ответили "да"… однако, как выяснилось, и они имели в виду совсем другую трагедию: случившуюся в городе Новороссийске катастрофу теплохода "Адмирал Нахимов"…

Если заглянуть в Интернет, окажется, что о крушении "Новороссийска" писали довольно много. Однако для большинства читателей "Ярмарки" эта трагическая страница нашей истории наверняка остается неизвестной…

А между тем, ровно 55 лет назад, в ночь с 28 на 29 октября 1955 года, на рейде Севастополя произошла самая крупная военная катастрофа на море, случившаяся в ХХ веке в мирное время. Взорвался и затонул флагман Черноморского флота СССР — линейный корабль "Новороссийск". Погибли, по официальным данным, 608 человек (по неофициальным — более тысячи). Один из немногих оставшихся в живых участников этой трагедии, старшина 1-й статьи Юрий Васильевич Шлепнев, живет в Сергиевом Посаде.

От Генуи до Севастополя

Их было трое, родом из Генуи: "Джулио Чезаре" (Юлий Цезарь), "Конте ди Кавур" и " Леонардо да Винчи". Все — отлично вооружены и очень опасны: Италия строила свои линкоры в соответствии c новейшими достижениями военной техники начала ХХ века. Однако судьба их была не слишком "счастливой" — участвуя в битвах двух мировых войн, они не смогли покрыть себя воинской славой.

"Кавур" и "Леонардо" состарились и были списаны на слом. А "Юлия Цезаря" ждала другая участь — в 1949 году в счет репарации после окончания Второй мировой войны он был передан СССР. На тот момент линкор был уже далеко не "молод" (спущен на воду в 1914 году), однако советское командование сочло его достойным возглавить флот. После ремонта получивший новое имя — "Новороссийск" — корабль стал флагманом черноморской эскадры.

Снова потянулись дни боевой службы — уже под советским флагом. Штатный экипаж "Новороссийска" составлял 1462 человека, в том числе 70 офицеров и 266 старшин. Состояние корабля и выучка экипажа неизменно получали высокую оценку командования. Весной 1955 года судно опять прошло ремонт (плановый), летом участвовало в учениях, а осенью прибыло в Севастополь.

Но Цезарю (пусть даже бывшему), очевидно, не судьба умирать своей смертью…

Взрыв

Вечером 28 октября все шло по установленному графику. Около 22 часов линкор встал на бочки (швартовые) недалеко от берега. Ужин, увольнение части экипажа на берег, баня, стирка, отбой… В этот же день на борт прибыло пополнение из числа бывших пехотинцев. Им выдали морскую форму, но оставили сапоги…

Взрыв прогремел в 1 час 30 минут 29 октября. Огромный, закованный в броню корпус содрогнулся от страшного удара — толчок был настолько силен, что выбросил из коек спавших. Тут же "вырубило" электричество, линкор погрузился в темноту.

Разрушения оказались ужасны: нос корабля был почти полностью разворочен. А ведь именно там находились самые людные отсеки, где спали сотни моряков… По предварительным данным, в момент взрыва и сразу после него погибли около двухсот человек, еще около 150 были ранены. Но точных цифр не узнает никто и никогда.

Линкор оставался на плаву. После некоторого замешательства на судне была объявлена боевая тревога, экипаж начал бороться за жизнь — корабля и собственную.

На соседних крейсерах также подняли тревогу, к "Новороссийску" направились баркасы с медицинскими группами и спасательным снаряжением. Тем временем экипаж пытался остановить стремительно наступавшую воду.

А в темных и тесных помещениях, выход из которых разрушил взрыв, продолжали гибнуть люди…

"Не поддаваться панике!"

Через полчаса после взрыва на борт прибыли высшие чины Черноморского флота, включая командующего — вице-адмирала В.А. Пархоменко. Он и принял командование судном на себя.

Корабль тем временем все сильнее уходил в воду, одновременно кренясь на левый борт. До берега было около 100 метров. Позднее некоторые специалисты скажут: можно было отдать приказ "полный назад", "выбросить" линкор на сушу и тем самым спасти. Но вице-адмирал выбрал другую команду: "Не поддаваться панике, бороться за живучесть корабля!"

После взрыва прошло 3 часа. Пархоменко доложили: крен становится критическим.

И только тогда командующий флотом приказал начать эвакуацию личного состава. Поздно…

Моряки стали выстраиваться на корме и готовиться к посадке в спасательные катера. Среди них был и старшина первой статьи Шлепнев. В это время линкор качнулся и завалился влево. В темноту, за борт, скатывались шеренги выстроившихся на палубе матросов. Сверху сыпались зенитные установки, другая техника, металлические детали… В 4 часа 14 минут "Новороссийск" лег на борт, на несколько мгновений замер и перевернулся.

"Вода у кормы судна представляла собой страшное зрелище. — вспоминает Юрий Васильевич. — Моряки, оказавшиеся за бортом в бушлатах и обуви, образовали живое скопище барахтающихся, цепляющихся друг за друга людей. Одни, особенно бывшие солдаты из пополнения, не умеющие хорошо плавать, тонули почти сразу. Многих спасли: одних забрали подоспевшие катера, другие смогли добраться до суши или соседних кораблей. Кому-то удалось забраться на остающееся над водой днище, распарывая тело о наросшие ракушки, и дождаться спасения там…"

Вице-адмирал Пархоменко оказался за бортом вместе с остальными. Ему повезло — подобрал баркас.

Впрочем, даже оказаться на суше еще не значило выжить. Моряки умирали несколько следующих дней в госпиталях: одни от переохлаждения, у других — не выдержало сердце…

Случайность или месть?

4 мая 1956 года линкор "Новороссийск" был поднят. Судно, всплывшее килем вверх, отбуксировали в бухту и разрезали на металлолом. Официальным "виновником" гибели была объявлена немецкая магнитная мина, десять лет "дожидавшаяся" своей жертвы.

Однако этому заключению поверили не все. На месте трагедии и раньше не раз швартовались большие корабли. Почему же мина не среагировала на них? Более того, специальное траление, проведенное после трагедии, действительно обнаружило на дне бухты целую "россыпь" магнитных мин. Однако они не сдетонировали после взрыва — за долгие годы море вывело их из строя. Неужели нашлась одна-единственная целая, роковая?

И наконец, поразительная величина пробоины — более 160 квадратных метров! Разрушения — от днища до верхней палубы! По некоторым оценкам, сделать такое могла примерно тонна тротила, но столь мощных мин у немцев не было…

Тогда и возникла совершенно фантастическая версия: запланированная акция. Ее исполнителями могли быть итальянские морские диверсанты, зарекомендовавшие себя в годы Второй мировой как первоклассные "мастера смерти". Они, во-первых, отлично знали конструкцию линкора, а во-вторых, во время войны одна из их частей базировалась в Севастополе. Так что и бухта им тоже могла быть знакома. Появилась и подходящая красивая легенда: якобы бывший командующий диверсантов князь Боргезе поклялся, что корабль, нареченный при "рождении" именем Цезаря, не будет ходить под чужим флагом…

В общем, все сходится, кроме одного: нет ответа на вопрос "как"? Как могли доставить тонную мину и установить ее под днищем черноморского флагмана? На субмарине? Которая смогла незаметно подойти к самому Севастополю, и, выполнив задачу, спокойно удалиться? Невероятно!

В общем, как часто бывает, объяснимой причины трагедии нет, а официальная версия — есть.

А еще есть братская могила, на плитах которой, как говорят, высечены далеко не все имена (полный список погибших был засекречен, как и вообще вся информация о трагедии). И монумент "Скорбящий матрос" на берегу, отлитый из металла одного из винтов линкора. И — наша с вами память…

Борис Гайденко
Публикацию подготовил Кирилл Гохгут
Газета "Ярмарка"


Нравится: 0 / Не нравится: 0