Мнение

Профессия, как дважды два

Апрель  18, 2011 1941

Алгоритмы, интегралы, уравнения и квадратные корни — с каким трудом многим из нас давались все эти математические вычисления в детстве. Многим, но не всем. Педагог физико-математического лицея Николай Васильевич НИКОЛАЕВ всегда чувствовал себя в математической стихии вполне комфортно и подчинил интегралам и алгоритмам жизнь. Уравнение его судьбы решилось удачно и логично: учитель высшей квалификационной категории, почетный работник общего образования России, победитель регионального этапа национального проекта "Образование". Казалось, профессия сама выбрала на это нелегкое поприще такого доброго и интеллигентного человека. В окружении своих любимых формул и не менее любимых учеников Николаев провел уже 40 лет и уверяет, что ни те ни другие его ни разу не подводили.

Профессия, как дважды два

Детство Николая, конечно же, прошло не только за формулами. Как и положено, во дворах на спортивных площадках. В хоккее и футболе он всегда был вратарем — нападающего из него не получилось. Зато участвовал везде, где можно было дать выход энергии. Спорткомитет ЗЭМЗа тогда часто устраивал знаменитые спортивные турниры “Золотая шайба”, “Кожаный мяч” — все проходило на высоком профессиональном уровне.

Отец, по образованию математик, трудился на заводе и параллельно читал лекции в техникуме. К преподаванию относился крайне серьезно и был достаточно требовательным математиком. Сыну любил задавать хитрые, коварные задачи, все время пытался расшевелить логарифмами и интегралами.

— Сильный пол не слишком жалует профессию школьного учителя. Выбор вашей профессии — это заслуга отца?

— Конечно, отец сыграл в моем выборе не малую роль, но скорее, это заслуга учителей математики — Валентины Георгиевны Токаревой и Раисы Ильиничны Ельцовой. Их уроки смело можно назвать шедеврами. Мы знали предмет на “отлично”, большинство их учеников без всяких дополнительных занятий поступили в профильные вузы. Я также довольно легко поступил в МОПИ им. Крупской на математический факультет. Не то чтобы я очень стремился стать педагогом, но так легли карты, и вот уже почти 40 лет я занимаюсь этим делом и не жалею о своем профессиональном выборе.

— Неужели вы никогда не сомневались, ту ли специальность выбрали?

— Еще как сомневался. Сразу после института по распределению я попал в Хотьковскую школу на Горбуновке. Проработал там один год без всякого удовольствия и решил завязать с педагогикой. Но потом мне предложили перейти поближе к дому в вечернюю школу. Там был очень хороший коллектив и не совсем обычные ученики — уже взрослые люди, которые в основном работали на производстве. Уроки у них проходили в вечерней школе по пятницам. Чтобы они не прогуливали занятия, их даже в этот день специально запрещалось пускать на завод. В основной массе мои учащиеся были старше меня, но занимались прилежно. До сих пор одной из своих самых лучших учениц я считаю Софью Павловну Юдилевич. Она пришла в школу уже не молодой барышней и не по призыву партии и правительства: “Каждому молодому специалисту обязательное среднее образование”, а просто потому, что хотела учиться. И ей это блестяще удавалось.

— Вам довелось поработать не только в школе, но и в техникуме.

— Да, мне страшно повезло, после вечерней школы я попал работать в Краснозаводский химико-технологический техникум (сейчас колледж). В то время обучение в техникумах было на очень высоком уровне. Я очень доволен, что там отработал. В техникуме были отличнейший коллектив, великолепные преподаватели, наставники, старательные и талантливые ученики. Единственный минус — очень далеко и неудобно добираться. До Краснозаводска тогда было очень плохое транспортное сообщение, поэтому, проработав там несколько лет, я перевелся в техникум игрушки, а затем перешел в физматлицей, где и тружусь до сих пор 21 год со дня основания лицея.

— В лицее требования к преподаванию увеличились?

— Безусловно. Отличие от обычной школы громадное. Сюда берут не всех подряд детей, а принимают на основании экзаменационных тестов. Ребята здесь учатся очень умные и хорошие.

— Самородки “Ломоносовы” на вашем пути попадались?

— Попадались. Возможно, не “Эйнштейны”, но хорошего уровня звездочки у меня были. Например, Тензин Константин — очень солидный математик. Недавно совершенно случайно узнал, что один из моих учеников — Алексей Полунченко защитил докторскую диссертацию в Америке, сейчас работает в Лос-Анджелесе, доктор математических наук. К сожалению, многие наши ребята в России себя не нашли и уехали жить и работать за границу.

— Как вы в классе зарабатываете авторитет?

— Никаких секретов и особенных методик у меня в этом плане нет. Зато есть любимая поговорка: “Делай хорошо, а плохо само получится”. Нужно учить хорошо, тогда и авторитет будет. Учителю нельзя сводить отношения с учениками на панибратские. Ты должен быть всегда на ступеньку выше, чтобы за тобой могли тянуться.

— Российское министерство диагностировало спад образования, во всем винят не-

совершенство советской системы. Как вы считаете, нужна ли нам реформа образования?

— Я пока не вижу преимущества проводимых реформ. Конечно, школа не может оставаться в догме, она должна меняться, но, возможно, стоит оставить все лучшее, что было в советской системе: хорошую предметную базу, престиж профессии, достойную зарплату. Раньше зарплата учителя была такая же, как у инженера. Сегодня этот разрыв довольно большой. В стране идет страшная экономия на школе и педагогах, но этого делать нельзя. Из-за нерентабельности в маленьких поселках закрывают учебные заведения, а где учить детей, когда в поселениях нет даже школьных автобусов?

— Как вы относитесь к новой оценке школьных знаний ЕГЭ, и как справились с тестами ваши учащиеся?

— Судя по прошлому году, наши ребята справились с тестами по математике блестяще. Средний бал наших учеников был очень хороший — 74 процента. Что будет в этом году, покажут экзамены.

Я сторонник ЕГЭ. Возможно, тесты стоит немного подкорректировать, приблизить экзамены к школе, потому что очень часто вопросы составляют люди, которые далеки от школы. На мой взгляд, эта проверка знаний, по крайней мере, по моему предмету, неплохая. Хотя я знаю, что многие страны от нее уже отказались.

— Еще одна реформа, которую российское правительство пытается проводить, — закрыть слабые институты и поднять престиж техникумов...

— Престиж техникумов настолько низко опустили, что его уже не поднять. Сегодня эти учебные заведения в худшем положении, чем ПТУ, где дети хотя бы могут получить рабочую специальность. Я думаю, не нужно спорить о том, что лучше — высшее или среднее специальное образование, оно должно быть просто хорошее — везде.

— Вы принимали участие во Всероссийском национальном проекте “Образование”, дошли до областного этапа. У вас какой-то особый нестандартный подход в преподавании дисциплины?

— Я очень стандартно работаю (улыбается). Наверное, поэтому мне не удалось дойти до федерального этапа. Мы с коллегой, учителем физики Анатолием Васильевичем Русаковым, выиграли только в областном состязании. Но я доволен, что мне удалось поучаствовать в таком солидном профессиональном конкурсе. Это не только престижно, это еще и очень интересно, позволяет систематизировать свою работу, иначе на нее посмотреть, оценить.

— Если представится возможность, еще раз рискнете участвовать в проекте?

— Нет. И не потому, что это тяжело, — просто пусть этим занимаются молодые.

— Династия педагогов Николаевых на вас не закончится?

— Сын так и не решился пойти по моим стопам, хотя имел к тому все наклонности. Он с успехом окончил институт, работает, как сейчас многие, в компании менеджером в Москве. Но это его право — выбрать свой жизненный путь. Внучке только 12 лет, и она не задумывалась над будущей профессией. Особых желаний стать педагогом я у нее пока не заметил. Но, как знать, может быть, через десяток лет учитель будет самой престижной специальностью.

Оксана ПЕРЕВОЗНИКОВА

 

Газета "Вперед"



Нравится: 0 / Не нравится: 0